Витамины, спортивное питание, косметика, травы, продукты

Свабхавикакайя: окончательная трансформация

Проходя через нирвикальпа самадхи, Сознание полностью пробуждается как свое Изначальное Условие и Таковость (татхата), которые в то же время являются условием и таковостью всего, что есть — грубого, тонкого и причинного. То, что свидетельствует, и то, что свидетельствуется, суть одно и то же. Поэтому весь Мировой Процесс возникает здесь как мое собственное Бытие, вне и до которого ничего не существует. Это Бытие полностью запредельно и первично в отношении всего возникающего, и в то же время нет ни одной части этого бытия, которая была бы чем-то иным, чем то, что возникает.

Итак, центром самости оказывается Архетип, центром Архетипа — окончательный Бог, центром окончательного Бога — Бесформенное, поэтому центром Бесформенного оказывается не что иное, как весь мир Формы. «Форма — не что иное, как Пустота, Пустота — не что иное, как Форма», гласит самая известная буддистская сутра [81]. В этой точке экстраординарное и ординарное, сверхъестественное и обыденное являются одним и тем же. Это десятая дзенская картинка «поисков быка», означающая: «Дверь его хижины закрыта, и даже мудрейшему его не отыскать. Он идет своим собственным путем, не пытается следовать шагам древних мудрецов. С тыквой в руках он бродит по рынку; опираясь на посох, он возвращается домой» [220].

Это также сахаджа самадхи, состояние Турья, Свабхавикакайя — предельное Единство, где все вещи и события, оставаясь совершенно отдельными и дискретными, в действительности суть Одно. Поэтому само это состояние не является отдельным от других состояний; оно — не измененное или какое-то особенное, а, скорее, просто «таковость» всех состояний, та вода, которая формирует саму себя в каждой и всякой волне опыта, как и весь опыт [408]. Его невозможно увидеть, потому что оно — это все видимое; нельзя услышать, потому что оно есть само слышание; нельзя вспомнить, потому что оно есть только в тот момент, когда оно есть. Это радикальная и совершенная интеграция всех прежних уровней — грубого, тонкого и причинного, которые теперь уже сами по себе продолжают возникать в непрестанной игре взаимопроникновения. Это окончательная дифференциация Сознания от всех форм в Сознании, после чего оно, как Таковое, освобождается в Совершенную Трансценденцию, которая представляет собой не выход за пределы мира, а ту окончательную трансценденцию, которая и есть сам Мир. С этого момента Сознание не действует в мире, а само является полным мировым процессом, интегрирующим в себе все уровни, области и планы, высокие и низкие, священные и профанные.

«Вы, следующие по Пути, — призывал дзенский мастер Риндзай, — раз и навсегда сядьте и отрежьте головы Самбхогакайя Будде и Нирманакайя Будде. Те, кто удовлетворился только завершением десяти стадий Бодхисаттвы, подобны крепостным. Те, кто удовлетворяются всеобщим и глубоким пробуждением, остаются всего лишь жалкими рабами, закованными в колодки и цепи. Пробуждение и Нирвана подобны столбам для привязывания ослов. Отчего это так? Это потому так, о вы, следующие по Пути, что вы не сумели увидеть пустотность трех великих мировых эпох [то есть всей вселенной, прошлого, настоящего и будущего]; вот то препятствие, которое вам мешает» [148]. Но, когда это станет понятным, где будут три области бытия или три тела Будды (грубое, тонкое и причинное)? Риндзай отвечает:

Чистый свет вашего сердца в этот момент есть Дхармакайя Будда в вашем собственном доме. Не проводящий никаких разграничений свет вашего сердца в этот момент есть Самбхогакайя Будда в вашем собственном доме. Не различающий свет вашего сердца в этот миг есть Нирманакайя Будда в вашем собственном доме [148].

Ибо, добавляет Риндзай, «тройственное Тело Будды [грубое, тонкое и причинное] есть не что иное, как он сам, здесь, перед вашими глазами, слушающий, как я преподаю Дхарму. Тогда кто же тот, кому все это понятно? Это Тот Единственный, кто прямо перед вами, во всяком осознании, без всяких различимых очертаний и в уединенной яркости. Этот Единственный понимает, как говорить о Дхарме и как ее слушать... Изучающие Сутры и Трактаты принимают Три Тела за абсолют. Но это не так. Эти Три Тела являются просто наименованиями, просто подпорками, они есть просто ментальные тени [для того, кто трансцендировал их все в Совершенном Освобождении]. Почтенные, узнайте Того, кто играет с этими тенями. Он есть изначальный источник всех Будд. Зная его, вы всегда дома, куда бы вы ни попали» [148].

Следовательно, любое сознательное существо, как оно есть, является совершенным воплощением и выражением Предельного. То, чем каждый человек является прежде, чем он является чем-либо другим, есть Дхармакайя, Тело самой Истины. То, что человек чувствует до того, как почувствует что-либо другое, есть Самбхогакайя — Тело Веселого Блаженства. То, что он видит до того, как увидит что-нибудь еще, есть Нирманакайя — Тело проявленной-жизни-как-самадхи. Три Тела Будды суть одно и единственное Сердце, и три эти области играют в Единстве в свою вечную игру.

И, наконец, это то предельное Единство, к которому направлена вся эволюция, человеческая и космическая. И можно было бы сказать, что космическая эволюция — этот целостный паттерн — завершается в человеческой эволюции, и как человеческая эволюция, которая сама достигает предельного единства сознания, тем самым завершает тот абсолютный Гештальт, к которому движется всякое проявление.